snob_project
11 июля стартовал литературный конкурс «Все О Еве», который проект «Сноб» проводит» совместно с «Живым Журналом». Конкурс приурочен к выходу летнего литературного номера журнала «Сноб». Вместе с пользователями Живого Журнала мы рисуем портрет «Женщины Жизни или, как говорят французы, Femme de la Vie».

Чтобы вдохновить вас на создание своих произведений, каждую неделю, в течение всего конкурса, мы будем отрывать для вас рассказы, опубликованные в пляжном номере «Сноба».

Аркадий Ипполитов: Ева у могилы Адама  # Сноб - июль 2011



Специально для июльского номера «Сноб» Аркадий Ипполитов написал рассказ об одной прожигательнице жизни, которая в результате драматических жизненных перипетий оказалась в монастыре во Флоренции.

...Моя подруга Вера очень талантлива. Теперь, когда наши жизни уже отошли в то, что так неопределенно именуется прошлым, я могу утверждать это без всяких экивоков и оговорок, столь свойственных и моим собственным рассуждениям, и рассуждениям тех, кто зовется людьми моего круга, склонных к кавычкам и к мусору «как бы», прочно засорившим и рот и мозг, так что они без них не могут не только говорить, но и мыслить. Вера (как бы и в кавычках) уже не существует, и именно сейчас оказалось, что я был совершенно прав, когда в десятом году утверждал, что за ее ранними работами коллекционеры будут гоняться так же, как они гоняются за Гогеном периода Мартиники: таитянских гогенов хоть пруд пруди, таитянок любой средней руки миллиардер себе запросто может позволить, а вот картин времени поездки на Мартинику считанные единицы. Ранние картины Веры в мартиникских гогенов превратились даже быстрее, чем я рассчитывал: со времени моего пророчества прошло чуть больше десяти лет, нам еще нет и семидесяти.

...– Как ты шикарно выглядишь.

– Понюхай с мое, тоже будешь шикарно выглядеть, – был мне ответ, и она, сказка скоро сказывается, донюхалась и допилась до того, что рой вокруг нее начал редеть. Первыми от нее отвалили всякие профессорские дочки, занимающиеся постмодернизмом, раньше взасос с ней дружившие; вслед за ними постепенно растаяла всякая пуб­лика, называющая себя приличной, потому что вокруг Веры сгрудилась целая толпа моделей разнообразнейших полов и разной степени очаровательности и продажности, позировавших ей, и не только ей, как за деньги, так и без. Она ни на что не обращала внимания, по-прежнему бравировала перед публикой, постепенно оставаясь в полукриминальном вакууме. Именно в это время она обратилась ко мне с просьбой сделать ей выставку, на что я согласился, и именно в это время, сойдясь с ней ближе, чем когда-либо, я понял, что она добра, умна и очень талантлива.

...Через некоторое время я услышал, что Вера допилась до ручки, попала в больницу, как-то выкарабкалась и отправилась в женский монастырь. Лет через пять я получил письмо, отправленное, как ни странно, с Православного подворья во Флоренции, где, как писала Вера, она сейчас проживает. Она писала, что меня помнит, по-прежнему хорошо ко мне относится и за меня молится. Я ответил, переписка особенно не сложилась, но когда, еще года через три, получив грант на книгу о юности Понтормо, я оказался во Флоренции, решил к ней зайти.

Остальные рассказы из специального номера "Все о Еве" здесь.


@темы: Все о Еве, Ипполитов, журнал, литература